Отчет о Малайзии.
Рассказ опубликован на Форуме любителей самостоятельного отдыха Автор: A.Z.
По следам птички Обломинго.
Предисловие.
Терпеть не могу куда-то ездить на праздники. Потому что в этот период ты волей-неволей вливаешься в мигрирующие стада. Они выстраиваются в очереди на регистрацию и паспортный контроль, рвутся в автобусы, заполоняют достопримечательности, занимают лучшие места в ресторанах, вызывают повышение цен и снижение уровня сервиса. Они портят все ощущения от другой страны. Но в этот, 2004-й Новый год я оказался в ситуации, когда нужно было решать: либо, стиснув зубы, смириться и отложить отдых эдак на полгодика, либо, стиснув зубы, влиться в стада. Посоветовавшись с супругой, мы решили, что стискивать зубы все же приятнее в тепле.
Все наши перипетии со сборами я уже описывал на страницах форума, поэтому не буду останавливаться на них.
Тока в путь.
Плечо Москва – Ташкент. Почти полный Ил-62. Орущие дети и пованивающие дядьки в меховых шапках. Один из них сидит сзади и все время брыкается. Наверное, представляет себе, как пришпоривает своего Карагеза. Туристов мало. На их фоне выделяется пьяный в сиську депутат. После подачи трапа сирый люд смирно ждет, пока его с почестями под рученьки не проводят в персональное авто. А он все упирается и бормочет: «Вот так вот мы, депутаты, и живем…» Но народ почему-то не сочувствует.
В Ташкенте освежающе прохладно, -1. В Москве было на градус теплее. Блин, мы на юг летим или куда? Транзитный зал в Ташкентском аэропорту много раз описан. Все чистая правда. И спящие на коврах индусы и похожий на тошниловку ресторан. И загончик, в котором собирают весь народ перед посадкой в скотовоз. Попади сюда хоть один «атипичник» – всем хана.
Плечо Ташкент – Куала. A310. Снова орущие дети. Пованивающие дядьки отстали. Их место заняли расслабляющиеся туристы. Так сказать, провинциальная бизнес-элита. Пальцы веером, губы пузырем. Им бы с такими понтами в первом классе лететь. Приносят иммиграционные карточки. Тут они враз затихают и, как второгодники, заглядывают через плечо, силясь понять, что есть date of expire.
KLIA - Куальский аэропорт. Чисто, просторно, зелено. Монорельсовый «паровозик из Ромашково» 21-го века привозит нас к паспортному контролю. Девушка-пограничница долго с подозрением разглядывает мой новенький паспорт, в котором ничегошеньки, кроме непогашенной сингапурской визы. Спрашивает, как долго пробуду в Малайзии. Я говорю, завтра в Сингапур, но скоро вернусь. Ладно, проходи.
По наводке служащего и указателям выходим к KLIA express, по дороге меняем деньги.
ATTENTION: Сразу совет на будущее. Если приезжаете в Куалу под вечер – меняйте деньги с запасом прямо в аэропорту. Потом шанса не будет. Курс везде практически одинаковый – 3.76-3.77.
Билеты на экспресс дорогие, по 35 ринггит. Но хотя бы раз на этом поезде будущего проехаться, имхо, стОит. За окном пальмы-пальмы-зелень… Прямо-таки стерильный пейзаж. Наконец чуть впереди в небо начинают выпирать башни Петронасы и телевышка Менара. Через 28 минут после отправления поезд прибывает на станцию KL Central.
KL. Привокзальные страдания.
Выйдя в просторный зал, мы тут же застываем в легкой растерянности… Какие-то указатели, которые нам ничего не говорят… Какие-то кассы, к которым непонятно как подступиться. Вдруг замечаем окошко автобусной компании Transnasional (именно так, с ошибкой в написании, она и называется). – Есть билеты на завтра в Сингапур? – Сорри, we are full. Битком, если по-нашему. – Поспрашивайте в других компаниях. В душу закрадывается выработанное советской юностью опасение: билетов на нас может не хватить. Надо мчаться на автостанцию.
Все говорят по-английски. Это несказанно радует. В первом же окошке кассы местного метро нам объясняют, что автовокзал Пудурайя (Puduraya) расположен прямо около станции Plaza Rakyat. Это ветка Star LRT. Вообще, с этими ветками поначалу изрядная путаница. Не сразу привыкаешь к тому, что разные линии местного метро принадлежат разным компаниями, что переходы между ними (за исключением KL Central) надо делать по улице, что билеты на каждую ветку надо покупать отдельно (по-моему, там все-таки есть какой-то унифицированный вариант оплаты, но желания разбираться с ним у нас так и не возникнет). Стоимость билета зависит от расстояния, купить его можно в автомате или в самой кассе.
Наконец, с горем пополам доезжаем до Plaza Rakyat. Оттуда до автовокзала рукой подать. Впервые после приезда в Малайзию оказываемся на улице. Душновато, жарковато. Организм в непонятках. Только что снег за шиворот – и на тебе, солнце и водяная баня.
Почти в каждой стране (по крайней мере, из тех, где мне доводилось бывать) автостанция, равно как и ж/д вокзал – самое гадючное место, не считая арабских, цыганских или негритянских гетто. Пудурайя тут, увы, не исключение. Мы проникаем на территорию станции с той стороны, где расположены местные столовки. Вонь народной еды смешивается с ароматом выхлопа десятков автобусов (платформы, с которых они отправляются, расположены внизу, на минус первом этаже). Толкотня и парилка, вопли зазывал.
Чуть дальше – узенькие коридорчики, по обеим сторонам расположены окошки касс автобусных компаний. Билетеры стараются перекричать друг друга, но, услышав наши пожелания, лишь виновато покачивают головами, пересправшивая. - Сингапур? Завтра утром? Сорри… В двадцатом по счету окошечке женщина поясняет: все едут на Рождество, билетов в Сингапур не найдете. Поезжайте в Джохор Бару, оттуда выберетесь…
Тут все становится проще. Билеты в Джохор на завтра есть почти у всех. Средняя цена 20 ринггит за место в VIP-автобусе (24 широких кресла на салон, раскладываются на манер кроватей, есть подставки для ног). Для сравнения, в Сингапур билет стоит 25-30 ринггит. Выбираем компанию наобум, покупаем билеты… Все, одна проблема решена…
Собираясь ехать в Малайзию, мы предполагали, что остановимся на ночь в районе Джалан Букит Бинтанг. Это тамошний Новый Арбат (или Тверская – как хотите). Но теперь, в мыле и копоти, после бессонной ночи, мы хотим только одного: кинуть вещи и залезть под душ.
ATTENTION: В Пудурайе есть камера хранения. Цены, в отличие от аэропортовской камеры, приемлемые. 2 ринггита за сумку и 3 – за чемодан. Можно оставлять на несколько дней. Одно неудобство: в полночь камера закрывается, открывается только утром.
Решаем на ночь устроиться где-нибудь недалеко от вокзала, все равно утром автобус. Забегая вперед, могу признать: это была наша ошибка, которая отчасти испортила нам впечатление от первого дня в Куала-Лумпуре.
Поиски начинаем прямо напротив автостанции. В любом самостоятельном путешествии этот момент кажется мне самым дурацким. Это когда ты со своими баулами тащишься по улице, изо всех сил стараясь выглядеть достойно. И в то же время понимая, что по тебе за километр видно: ты тут впервые и тебе немного неуютно.
В течение примерно часа я осматриваю несколько убитых комнат, рассчитанных на совершенно неприхотливых людей. Цены – от 25 до 50 ринггит за номер, но условия… Где-то удобства на этаже, где-то старый громыхающий кондишн, где-то и его нет, где-то просто клетка 2х2. Жуть. Но народ там живет. Причем, вполне европейской наружности. Студенты-бэкпеккеры, в основном. Наконец, мы вспоминаем, что пропустили по дороге какой-то отель с большой вывеской, решив поначалу, что он дороговат. Надо к нему вернуться.
Отель зовется Katari и номер в нем стоит 100 ринггит с завтраком на двоих. Сам номер впечатления не производит, но жить тут можно. Двери не отваливаются, постельное белье вполне чистое. К тому же, нам нужно всего лишь перекантоваться одну ночь.
Где-то через час мы готовы к выползу в город. В кармане шуршат ринггиты, которые мы, конечно же, сразу начинаем звать рентгенами, физиономии отмыты и умаслены защитными кремами. Вперед!
Дневные шатания.
Прямо напротив автовокзала – целый ряд прилавков, с которых продают билеты на автобусы. Тащиться в пудурайскую душегубку неохота. А нам через несколько дней в Таиланд. Экспресс-мониторинг показывает, что билеты до Хат Яй еще есть, хоть и в ограниченном количестве. Цена – 35 ринггит. Выезд вечером, прибытие – утром. Подбираем рейс поудобнее, на 10 вечера 26 декабря (чтобы успеть в Хат Яй позавтракать перед автобусом до Самуи). Узнаем, что за полчаса до отправления должны подойти сюда же, чтобы нам сказали номер автобуса и платформы, с которой он отправляется. Еще одно большое дело сделано. А теперь «город ждет…»
Набредаем на 7-eleven. Ассортимент отличается от тайского «севена». Главное разочарование – нет фаршированных мясом пышек из рисового теста. Беда, да и только…
Снова метро. Едем в район Букит Бинтанг. Просто чтобы глянуть, что это такое. Это выглядит интересно… Современно, чисто, ухоженно… Очень зелено. Это потом, на обратном пути, мы найдем на задворках этих украшенных рекламой улиц другую жизнь… Там, как и в Тае, запах макащниц и толкотня, жар открытого огня, туалетно-помоечный аромат дурианов, сотни пластмассовых столиков… Это будет потом… Сейчас мы смотрим на фасады… Фасады Куала-Лумпура мне откровенно нравятся. Иной раз забываешь, что это Юго-Восточная Азия.
Берем курс на Петронасы. У нас даже нет карты. Забыли найти в аэропорту, забыли взять в гостинице (даже не знаю, есть ли они там). Но для прохода к Петронасам карта не нужна… Кстати, вот парадокс. Самые высокие (до недавнего времени) в мире небоскребы в городе практически не видны. Все время скрываются за спинами своих менее именитых собратьев. Только в просвете между домами время от времени мелькают две шершавые сигары.
Идти не очень далеко. Только на подходах к самим башням можно заплутать. Но мы справляемся… Вот они… Была бы шапка на голове – непременно бы упала… Рука тянется к фотоаппарату. Опаньки, забыли в номере. Чтобы попасть на мост, соединяющий башни, нужно приходить с утра. Уже поздно.
Заходим в гости к Малаю, он работает неподалеку. Заносим ему книжки и газеты на русском. Немного болтаем.
К Букит Бинтангу решаем вернуться пешком через Менару… По пути заглядываем в информационный центр Минтуризма, разживаемся картой. Проходим по J.P. Ramlee, там вечером открываются всякие танцульки… Добраться до них в Куале нам не судьба.
Менара стоит на холме. От его подножья ко входу на телевышку раз в полчаса отправляется бесплатный шаттл-бас. Предыдущий только ушел, ждать следующего неохота. Героически плетемся наверх по серпантину, срезая путь по специальнно придуманным лесенкам. Вот и вход. К тому моменту состояние такое, будто по водосточной трубе забрался на саму телебашню.
Билеты довольно дорогие, по 15 рентген. Скоростной лифт взлетает наверх за какие-то секунды. Вид сверху впечатляющий… Но после бангкокского Байока это почему-то не пробирает. Может, потому, что там, на Байоке, мы были только вдвоем на подвижной площадке и перед нами – весь город, и теплый воздух в лицо. А здесь все за стеклышком, все как на красивой картинке, и толпы китайцев, которые повзводно и поротно фотографируются на фоне Куала-Лумпура.
Вообще, отношение к китайцам после этой поездки изменилось не в лучшую сторону. Особенно к заезжим. Это просто саранча, которая все заполоняет и все сметает. Это колонны двухэтажных автобусов, забитых харкающими представителями Поднебесной. Как собачка не может пройти мимо столбика, чтобы не отметиться, так и толпа китайцев. Фотографируются они буквально у каждого столбика. Сначала все вместе. Потом взрослые отдельно, дети отдельно. Потом отдельно мальчики, отдельно девочки. Потом парами и поштучно. И при этом не забывают похаркивать на мостовую. Всю эту картину мы наблюдаем, снова выйдя на Букит Бинтанг.
Вечерние брожения.
Сам проспект с наступлением темноты превращается в рождественскую сказку. То тут, то там окруженные хороводами китайцев елки. Иллюминация. Празднично украшенные торговые центры (наш Рамстор по сравнению с некоторыми – ларек у метро). А над головой шуршат монорельсовые поезда. Терпкий вкус другой жизни… Помните, у Астрахана, в фильме «Все будет хорошо» время от времени мелькает этот плакат?.. Не за этим ли я езжу в другие страны? Не потому ли с жадностью принюхиваюсь к незнакомым ароматам, приглядываюсь к незнакомой архитектуре и прислушиваюсь к незнакомой речи?.. Или, свернув в сторону от широких проспектов, порой бреду, куда глаза глядят, стараясь прочувствовать этот вкус другой страны…
Если днем Куала-Лумпур в некоторых своих частях мне временами напоминал Бангкок (сам не знаю, почему), то теперь я четко вижу разницу… Тут все другое. И это здорово…
Вот небольшой ресторанчик… Глаза тут же натыкаются на искомое… Том Ям… - Тащите его счас же!.. А ведь предупреждали… Есть его можно… Но все равно он поддельный, хоть от перца и перехватывает дух… Настоящий - в Тае, за шатким пластмассовым столиком, под вентилятором, гоняющим тяжелый влажный воздух… - Где тут у вас малай-фуд? Дайте отведать немедля!
Надо же, страны по соседству, а кухня порой заметно различается. Тут уже рядом Индонезия… и все, что я доселе считал малайскими деликатесами, оказывается, присутствует и в индонезийской кухне. Все эти наси горенги/лемаки/ренданги и суп с ругательным названием екор (из бычьих хвостов). Недаром ведь придумали люди называть часть кухни, рожденной на этой земле, словом «нонья». Что значит «фиг его знает, где придумали это блюдо, но едят его во всех окрестных странах».
Swenssen’s где-то в закоулках крупного торгового центра. Обожаю их мороженое. Только его все не несут и не несут… Все плыве-е-е-е-т… ладонь соскальзывает со щеки… «Не спа-а-а-ть!» – это жена. Покорно киваю… бамс… лбом о столешницу… Больно, блиннннн… Но сон слетает… Двойной эспрессо горячей волной по всему телу. Можно жить.
Такси-и-и! Хотим на площадь Мердека. Там вечером тоже красота. Иллюминация и самый высокий в мире флагшток. Таксисты какие-то избалованные. Один хочет 10 рентген, другой 12. В итоге, доезжаем по счетчику за 4. Но процедура поимки такси утомляет.
ATTENTION: Чтобы поймать в Куале правильное такси, надо смотреть официальные остановки, помеченные знаком TAXI. Также не проблема поймать нормальную тачку около торговых центров, машины там сами выстраиваются в очереди, чтобы забрать клиентов. Такси совсем недорогое. А если вас больше, чем двое, то проехать на такси по городу порой дешевле и быстрее, чем на местном скайтрейне. Главное – в пробку не попасть.
На площади Мердека красиво. Иллюминация. Но кроме как любоваться ею, больше там делать нечего. Раньше, говорят, там был подземный торговый и развлекательный центр, Plaza Putra. Но потом, после сильнейшего потопа, вызванного ливнями, его закрыли. Странно, в интернете пишут, что он еще там.
Двигаем в Чайна-таун. Пешком по ночной Куале. Какими-то темными улицами и подозрительными задворками. Пробираемся мимо мрачных домов с погашенными окнами. Стараюсь не наступить на какую-нибудь нерасторопную кукарачу. Блин, это я или не я? Крадусь по незнакомому городу на другом конце земного глобуса… И вижу впереди красные с золотом огни китайского квартала…
Вдруг сбоку вырастает похожее на термитник сооружение. Ого! Это большой индуистский храм. Стоп, так он же в сингапурском Чайна-тауне… Или мы уже незаметно пробрались в Сингапур? Переглядываемся с женой… Чудеса… Трясу головой. Наваждение не исчезает. Эй, люди, кто-нибудь! Где мы? Бегут мимо по своим делам... Как муравьи. Ответ приходит сам собой: какая разница, где мы? Главное – вокруг все то, к чему мы стремились… Тепло… Из ближайшей харчевни тянет ароматом копченой утки… над входом светятся красные шарики из рисовой бумаги… и чуть слышна незатейливая мелодия… терпкий вкус другой жизни…
Петалинг запружен народом. После тихих задворков это шок. Полукруглый свод потолка отражает гомон толпы. Часы всевозможных моделей и марок, шмотки всевозможных расцветок. Фрукты… их почему-то очень мало. Цитрусовые, яблоки, кое-что по мелочи… Одна отрада – мангостины. Крупные, спелые, сладкие. Люблю.
Чуть дальше – царство китайских закусочных. Иноземцы там почему-то не едят. Наверное, надо вырасти в Чайна-тауне, чтобы хотя бы понимать, что из чего сделано. Чтобы сгоряча не слопать сырые мозги енотовидной собаки в лягушачьей икре или суп с медузами… Нам когда-то хватило съеденной наобум китайской колбасы… замираю от ужаса, пытаясь представить себе, кто из многочисленных представителей фауны заплатил жизнью за этот наш кулинарный эксперимент.
Все, на культурную программу больше нет сил. От Чайна-тауна до Пудурайи, а значит, и до нашего отеля – рукой подать. Добираемся до номера в полусне.
Ночные шарахания.
Ровно через четыре часа после отключки я подскакиваю, как подорванный. Во-первых, с улицы слышны резкие гудки. Окна выходят на дорогу. Обычный шум оттуда не доносится, это я проверял еще днем. Но ночью водители пудурайских автобусов почему-то считают своим долгом посигналить на выезде. Это начинает меня раздражать. Взгляд на часы – полпятого утра по местному. Значит, в Москве еще нет и полуночи. Детское, в общем-то, время. Наверное, поэтому зверски хочется есть.
Народу на улице неожиданно много. И чего им всем не спится? В десятке метров от гостиницы набредаю на открытая забегаловка по типу фастфуда. Она почти битком. Меню отсутствует как класс. Наверху, на вывеске, перечислены блюда и цены. Сама еда выставлена на витрине. Но соотнести надписи с конкретными блюдами – задача непосильная. Решаю действовать проще. Подзываю паренька из числа официантов и, тыкая во все, что мне нравится на вид, говорю: вот это, это, это и это. И еще роти канай (единственное блюдо, название которого мне что-то говорит). Роти – это офигительная свежеиспеченая лепешка. Делается с начинками, например, с рисом и овощами или зеленью. А можно и так, без начинок, с соусом. Тоже очень вкусно. Попить беру голубичный айс-шейк. Наедаюсь до состояния полного консенсуса с собой. Отдаю 12 рентген (чуть больше трех долларов). Больше на улице в это время делать нечего.
Через пару часов после этого у меня второй завтрак (у жены первый). Шведский стол с местным уклоном. Пробую все. Щедро засыпаю в рисовый суп каких-то вялено-толченых тараканов (или каракатиц, в толченом виде не разберешь). Заглатываю полыхающие кусманы перца, в которых затерялись кусочки чего-то мясного. Брызжу слезами, как царевна-несмеяна. Экспириенс на грани экстрима. Жена вяло ковыряет вилкой в своей тарелке. С подозрением косится на блюда: не уползут ли со стола? В общем, обнаруживается некоторое расхождение в оценке местной кухни. Итог: я сыт до поросячьего визга, жена мечтает об омлете. Но времени на третий завтрак уже нет.
Вскоре мы со всем нашим нехитрым скарбом выдвигаемся в сторону автовокзала. Впереди - путь на Сингапурщину.
